Добро пожаловать в Фир Болг! Волшебный мир драконов, принцесс, рыцарей и магии открывает свои двери. Вас ждут коварство и интриги, кровавые сражения, черное колдовство и захватывающие приключения. Поспеши занять свое место в империи.
Вверх Вниз

Fire and Blood

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Fire and Blood » Флешбэки » Плыви со мной, если хочешь жить


Плыви со мной, если хочешь жить

Сообщений 1 страница 5 из 5

1

Плыви со мной, если хочешь жить
Я помню этот миг...
Ревел прибой, всё яростней и злей,
Унося предсмертный крик.

♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦

20 мая 3299 года ❖ Берген, Эргерунд ❖ Lasair Acegard, Brenn Lofðungr
http://forumfiles.ru/files/0017/32/92/18382.gif http://forumfiles.ru/files/0017/32/92/61455.gif
http://forumfiles.ru/files/0017/32/92/42032.gif http://forumfiles.ru/files/0017/32/92/78526.gif

Шторм. Судно под чёрными знамёнами Эйсгардов Северного Моря решает переждать непогоду в уютной гавани Бергена. На борту слишком ценный пассажир, чтобы рисковать, однако любые предосторожности оказываются неуместны там, где вмешался его величество случай.

+1

2

https://78.media.tumblr.com/tumblr_lwecgotexS1qbdycho1_250.gif  http://25.media.tumblr.com/tumblr_lwecgotexS1qbdycho3_250.gif
Я список кораблей не раз перечитал, по верфям и портам не раз меня влекло,
Ведь вся моя любовь - расплавленный металл - она в воде морской застыла, как стекло

Глупо.
Ох, как глупо было думать, что брат отпустит её одну - даже несмотря на то, что она сама о ком хочешь позаботится, защитит, обогреет, и вообще будет самым надёжным и самым верным соратником.

С другой стороны, его тоже можно было понять - кому он мог довериться, по-настоящему довериться, и при этом не бояться того, что ему не воткнут в спину очередной нож, ну за исключением своих собственных детей, разумеется? Вот именно.
И когда Ласар накануне своего отплытия в Эргерунд постучала в дверь его кабинета, она хотела только одного - дать понять Дастану, что что бы ни случилось, она всегда будет рядом с ним, никогда его не бросит - и вернётся так скоро, что он и соскучиться не успеет. Конечно, можно было бы спокойно прожить всю жизнь на Драконьем острове, и никуда не выезжать, и быть вполне себе счастливым и умиротворённым, вот только Боги наградили пенноволосую красавицу не только воинской удалью, но и странной тягой к знанию, ко всему новому и неизведанному, что только можно было узнать об этом мире - и она не могла отказать себе в желании увидеть своими глазами совершенно новые берега и места.
- Дастан? - куда только исчез холод и металл из голоса этой валькирии, которая теперь смотрела ясным и тёплым взглядом на мужчину, который в какой-то момент просто взял и заменил ей всю семью, и маму и отца, - Дастан...
Ласар подошла к его высокому резному стулу со спины, осторожно прикоснулась губами к затылку, после чего опустила свои руки на плечи брата: - Это всего лишь я, Светоч. Прости, что задержалась - просто... ты же знаешь Тибальта и Артура, пока я им не расскажу положенные три легенды на ночь, не угомонятся и не уснут..., - и всадница тепло усмехнулась, как она делала только наедине с членами своей семьи, и с теми, кому она всецело и безраздельно доверяла - а таких людей в её окружении можно было буквально по пальцам пересчитать. Ласар знала, какие слова за глаза произносят про её брата, Ласар знала, что он выглядит для всех по меньшей мере безумцем и чудовищем, Ласар знала... и молчала, потому что в первую очередь он был её БРАТОМ, её отцом, и по-настоящему родным человеком.
А родных людей не судят. По крайней мере уж не она - точно.

- Пусть мальчишки не переживают. Скажи Артуру, я ему привезу самую красивую кольчугу с искусно выгравированными рунами, только пусть он не плачет и дождётся меня, ладно? - тут Ласар покачала головой, всё ещё пытаясь изобразить из себя обеспокоенную тётю, вот только восхищение в её глазах говорило само за себя, - ты знаешь, он удивительный, совершенно. Чтобы вот такой малыш, и не боялся Нифльхейма? А он не боится. Ничего вообще не боится. Ты можешь им гордиться, он будет гордостью Ордена.
Но уж если так говорить, то Дастан совершенно заслуженно мог гордиться каждым из своих сыновей. Они все были достойнешими сыновьями графа Свартрога, сыновьями Севера, будущими мужами Ордена. Достойные дети достойнешего отца.
- Я не спросила только у своего самого главного мужчины... что привезти ТЕБЕ, мой возлюбленный брат? Какими чудесами удивить твой разум, какие истории запомнить, что рассмотреть особенно пристально? - и с этими словами всадница осторожно погладила брата по руке, и обойдя кресло, опустилась перед Дастаном на колени, преданно глядя тому в глаза. Любовь и нежность к самому старшему Эйсгарду для неё была всем - и она ничуть этого не стеснялась, кто бы там что ни говорил. И потом, как она не раз слышала - дракона не должно волновать то, что говорят овцы. А она всегда была драконом.
Всегда, с самого своего рождения, когда буквально следом же за ней вылупился Нифльхейм. И пусть кто захочет, тот и говорит, что нельзя так слепо любить человека, у которого руки были по локоть - если не выше - в крови, она же доказывала обратное.
Можно. Ещё как можно.

Ласар с восторгом смотрела на воду за бортом корабля, она словно чувствовала единство с бушующей вокруг морской стихией, точно так же, как она чувствовала единство с небом и со своим драконом. Пожалуй, единственное, что для неё было самым тяжелым в данный момент - так это разлука с её любимым драконом, который её не отпускал от себя буквально всю ночь, когда она наконец-то вышла от Дастана, и направилась к своему дракону. Пожалуй, это было то немногое, что огорчало её - привыкшая к Нифльхейму, как к части себя, сейчас Ласар чувствовала себя практически дезориентированной, смятенной и потерянной, и только созерцание водной стихии за бортом несколько мирило её с действительностью.
Плыть оставалось ещё около пяти дней.
- Госпожа, скоро здесь будет невозможно находиться, вам лучше спуститься в каюту..., - но всадница даже ухом не повела. Так она была хотя бы сколько-нибудь приближена к такой привычной для неё среде, и уйдет с палубы только тогда, когда станет понятно, что иначе её просто-напросто смоет за борт, и тогда рыцарей, которых Дастан отправил с ней будет занимать уже совершенно другой вопрос - как им вернуться обратно, и попробовать сказать её брату, что они не уберегли его родную сестру? Вот только знала бы Ласар, насколько пророческими окажутся её собственные мысли - глядишь, может быть, она бы и не была настолько безрассудна в собственных поступках.
Но кто же знал...

- Назревает шторм, если мы будем продолжать движение, рискуем. Если подналяжем, сможем доплыть до гавани Бергена, переждать там непогоду, и уже после двигаться дальше.
Ласар кивнула.
Ждать - так ждать, она не могла рисковать кораблём, и всей командой. Люди - главная ценность, всегда, тем более если это рыцари Ордена, ради которого она готова отдать всю себя, и даже не поморщиться. Вот только у команды, судя по всему, самой главной ценностью на данный момент являлась она сама, и Ласар поморщилась. Словно она какая-то материковая неженка, которая только и знает, как приседать в реверансах, да отплясывать на великосветских приёмах, и улыбаться, кому нужно, и в какой именно момент. Аж скулы сводит. С другой стороны всех этих беззащитных пташек можно было только пожалеть.
Какой же скучной, тошнотворно-вылизанной и подчинённой туче совершенно бесполезнейших правил была наполнена вся их жизнь! Нет, конечно, в жизни рыцаря Ордена тоже запретов и правил хоть куда, но ведь и дано им намного больше, одно единение с драконами чего стоит. Но вот это вот... нет, определенно, иной судьбы она для себя и желать не смеет.

И дернул же её чёрт в один прекрасный - нет - момент выйти на палубу, когда вокруг уже танцевали в льдисто-зелёном танце толщи морских вод. Ласар вдохнула этот наполненный яростью и хаосом воздух, чуть огляделась... и только и успела увидеть, как человека на пристани как пёрышко буквально слизнула новая волна, которая накрыла собой его фигуру. Дальше она уже не думала - просто вспрыгнула на перила, лёгкая, пенноволосая, бледная - морская принцесса, пенная валькирия с далёких берегов древнего драконьего края.
- ГОСПОЖА!
И как была, прямо в своей лёгкой и удобной кожаной броне, с надетым поверх дорожным плащом, прыгнула за борт, помчавшись белым всполохом жемчужно-светлых волос прямо к несчастному утопающему. Только бы он дождался, только бы сражался за себя - хотя бы пока она до него не доберётся. Она же сильная, она умеет плавать - и привыкла к леденящему холоду. Только пусть сражается. Боги, благословите же его.
И её.

+3

3

Мой друг отродясь в огне не горел, в солёной воде не тонул,
В дороге дельфинам песни он пел, зубастых дразнил акул.
Но как-то в один из пасмурных дней себе он нашёл врага —
Нырнул он на дно, где хозяин морей свои хранит жемчуга.

С тех пор, как Его Величество Ранбьорн Первый пожаловал ценнейшему из своих союзников побережное ярлство, ничто в Бергене не происходило без ведома Бренна Ловдунга, начиная от спора хольдаров за межевой камень и заканчивая слухами о том, что горький пропойца Хёгни Бесноватый якобы видел над лесом живого дракона. Неудивительно, что стоило лишь замаячить на горизонте незнакомым парусам, как об этом уже знали в Троне Приливов, ярловом замке, доставшемся завоевателю вместе с окрестными землями.

Само собой, смену хозяина Трона Приливов приветствовали далеко не все. Политических диссидентов, готовых предать прежнюю, до зубовного скрежета привычную власть и поддержать правление Бренна, и вовсе нашлись единицы. Да и те рассчитывали скорее на щедрость нового господина, нежели на какие бы то ни было другие его добродетели. Северяне вообще слывут непокорным народом, в общей массе своей людьми характера независимого, грубоватого и брыкливого. Первые попытки Бренна по части "приручения" местного населения поначалу вызывали среди бергеров некоторый резонанс, но сын Хольгерта не допускал несправедливости, излишней жестокости и неправедного суда, а если очень усердно и демонстративно прилагать усилия к тому, чтобы не давать своим людям голодать и нуждаться, признательность со временем становится полезной привычкой, чем-то вроде манеры смазывать топор тюленьим жиром или начинать утро с молитвы.

Разумеется, в Бергене оставались фанатичные сторонники Вёльсунгов и прочие недовольные. Не имея возможности бросить вызов завоевателю в лицо, открытой и самоубийственной конфронтации они предпочитали злостные сплетни. К счастье, Бренн ещё в раннем детстве выработал стойкое равнодушие к чужому мнению, и со временем на придорожных деревьях Бергена знатно поубавилось повешенных.

Весть о чёрных знамёнах с белыми гидрами застигла ярла в кузнице. Трофейный игреневый трёхлетка, заменивший павшую под Хедебю лошадь, был барственной осанки, и ворсом лоснист, и на гриву богат, но дурно выезжен. Немало времени потратил Ткущий Грозы, чтобы приноровить его под седло да переучить на новый лад, но дело того стоило, так что когда кузнец испросил у колдуна серебра за свои услуги, Бренн не стал торговаться, "угостив" Бранди звонкой монеткой.

Хримфакси тряхнул белокипенной гривой и затанцевал, развернувшись на месте. Ни с того ни с сего соваться под начавший накрапывать дождь просто потому, что какой-то простуженный двуногий бездельник что-то там прокаркал хозяину про корабли, жеребцу категорически не хотелось. Солидарны с конём были и двое сопровождавших ярла хирдманнов, уже настроившихся на кружечку ячменного пива в таверне напротив. Стоит ли уточнять, что чужое мнение, не говоря уж о лошадином, Бренна совершенно не озаботило? Ткущий Грозы взлетел в седло, поправил притороченное к нему копьё, небрежно махнул рукой выбежавшей на порог женщине (жене кузнеца) и дал шпоры коню. Хримфакси стрелою сорвался в карьер — только брызнула из-под копыт стылая грязь. Дружинники отвязали своих гнедых и бросились следом, стараясь не потерять господина из виду. Холодный ветер ударил в лицо, засвистел в ушах, вцепился вороньими когтями в волосы и не желал отпускать до тех пор, пока улицы прибрежного города не остались далеко позади. Мимо проносились теперь покатые холмы, утыканные перезимовавшими вечнозелеными стеблями зеленчука, копытня и волосистой осоки, а впереди шумно вздыхало и ворочалось в тесных берегах залива непогожее северное море. Катились друг за другом тёмные валы, то взмывали, то вновь опускались под воду скалистые берега. Грохот копыт по мёрзлой земле гулким эхом отдавался в ушах.

Всадник молчаливо нахлёстывал коня. Распластавшийся в необузданном карьере жеребец похрустывал удилами и всё яростнее рвался к неспокойному побережью, будто намереваясь взлететь вслед за стаей белоспинных бергенских альбатросов. Повинуясь поводу в крепких бренновых руках, конь у самой кромки обрыва вильнул к пристани, где действительно покачивался на горбатых волнах корабль под "драконьими" парусами. В холмах звенела медуница, из-под мелькающих в бешеном галопе лошадиных ног срывались в штормовую бездну мелкие камешки.

Но вот горизонт наконец перестал бесновато подскакивать перед глазами, и можно было сглотнуть от заложенных ушей. Хримфакси с неохотой переходил на лёгкую пружинистую рысь. Эргерундский жеребец мог скакать весь день напролёт без устали, но они и так уже отчаянно рискнули, срезав путь и проскакав опасной пешей тропою вдоль кромки каменистого обрыва, которая кончалась у самой пристани.

Колдун натянул поводья, Хримфакси по-змеиному выгнул могучую шею и покорно пошёл шагом по круто посоленным доскам причала, оставив бесплодные попытки взлететь вслед за морскими птицами и теперь просто покачивая хозяина в седле без претензий на небеса. Вокруг мягкого лошадиного рта белела запёкшаяся пенка, тяжело вздымались округлые лощёные бока. Недовольный прерванной скачкой жеребец шумно вздыхал и, повинуясь кожаному поводу в крепкой хозяйской руке, грациозно вышагивал под дождём из солёных брызг беснующегося прибоя.

Море грохотало. Утопал в густом тумане дальний берег залива. Ярл не сводил взгляда с корабля, ожидая подоспевших хирдманнов, когда особенно сильная волна, с головы до ног окатившая Бренна вместе с шарахнувшейся лошадью, утащила неосторожного бергера. Тот был ещё мальчишкой, возможно, сыном рыбака, выбежавшим поглазеть на разгулявшийся шторм.

Есть желающие прослыть героем? — проревел дружинникам Бренн, перекрикивая грохот бури и откидывая с лица мокрые волосы. — Посмертно.

И словно бы в подтверждение его слов очередная волна с воем вышвырнула на причал рыбацкую лодчонку, будто бы та была не тяжелее деревянной лоханки, в которых женщины полощут бельё. Ялик кувыркнулся в воздухе, грохнул о доски причала и тут же был вновь унесён в море. Мокрые как мыши хирданны переглянулись, силясь удержать на месте перепуганных лошадей.

Держите коня! — Бренн уже спешился, перебросил одному из воинов мокрые поводья и плащ. Другому досталась кожаная перевязь с подвешенными на ней ножнами.

В воду не соваться — убью! — колдун разбежался и рыбкой нырнул в зеленоватую стену накатившей волны.

Отредактировано Brenn Lofðungr (2018-12-05 03:39:31)

+3

4

- Спасёте её?
- Я не умею плавать...
- Гордость королевского флота! Не потеряйте! ©

Беснующееся и вздыбленное море заливало глаза и уши, не давало вздохнуть - но это была родная стихия для Ласар Эйсгард, она была не только драконьей всадницей, она была точно так же пловчихой, и не в ласковой и штилевой воде, но именно вот в таких нечеловеческих условиях - когда было решительно непонятно, где верх, а где низ, где небо, а где дно, и куда вообще ей нужно плыть. Она плыла, загребая руками и ногами, ориентировалась на голос попавшего в пучину стихии, и на рёв стихии вокруг - тем самым оценивая собственные шансы на то, чтобы выбраться из этой передряги живой, и относительно невредимой.
- Помогите!
- Правильно, говори, - подумала Ласар, - говори. Дай мне тебя найти. Всё будет хорошо. Ничего не бойся, - она всё яростнее загребает ледяную воду, совершенно не замечая того, что у неё уже вообще-то начинают деревенеть пальцы, и если она так и будет дальше продолжать, то очень сильно рискует - и даже не мальчиком, которого унесла волна, а в первую очередь самой собой. А что ей брат говорил?
- Привези себя. Невредимую и в срок, что я назначил.
И что же это получается, она его подведёт? Да сроду такого не бывало! И не будет. Потому как мало, ох как мало всего одной стихии, да совершенно немыслимого шторма, чтобы вот так просто взять и переломить волю и упрямство Ласар из дома Эйсгардов, которые в принципе ни перед чем и ни перед кем не отступают. Так что не отступится она и сейчас,  даже когда налицо все признаки того, что этот бой с самого начала выглядит неравным. И не из таких проблем выбиралась.

- Нужно за ней, сейчас же.
- Нет! Нужно дождаться, когда утихнет шторм - и уже тогда выдвигаться на поиски, потому что возвращаться обратно придется тогда, когда мы исчерпаем вообще все возможности по нахождению госпожи - но до тех пор мы будем здесь. И будем искать, настолько яростно, насколько это вообще возможно. Лишь бы только Боги сохранили её.
Молодой рыцарь, едва ли младше самой Ласар Эйсгард, только вглядывался в беспросветную малахитово-чёрную полновесную пучину, и покачал головой. Конечно, пути Богов неисповедимы, и никогда не знаешь, кто на самом деле достоин их милости, а кто, даже при всей праведности своей жизни не заслуживает от них решительно ничего, однако же настолько опрометчиво бросаться в пучину, не ведая перед собой ни страха, ни каких бы то ни было сомнений... Воистину говорят - если Эйсгард встретит на своём пути какое-то препятствие, то боятся стоит именно что самому препятствию, потому что Эйсгарды Северного Моря - войны, каких ещё поискать. Чего бы это ни касалось.

- Не бойся меня, слышишь?
Ещё бы он только слышал её. И не пинался ногами настолько активно.
- Всё будет хорошо. Я тебя держу! - однако, это было весьма и весьма непросто, перекрикивать ревущую вокруг бурю, и при этом ещё следить, чтобы её не унесло от виновника всей это ситуации, а это было довольно-таки легко достижимо, особенно если учитывать, что где-то здесь, судя по словам капитана, которые Ласар сейчас воскрешала в своей памяти, где-то недалеко пролегало сильное подводное течение, и если им очень-очень... очень сильно не повезёт, то они тогда рискуют вообще оказаться неизвестно где. Но это опять же - если не повезет. А если наоборот - всё обойдётся?
- Держись за меня, слышишь? И продолжай плыть. Самое главное - продолжай плыть, просто работай ногами, я вытащу тебя отсюда.
Ох как ей сейчас не хватает своего камня! По крайней мере, его свет стал бы надёжнейшим фарватером в окружающей их тьме. Ласар знает, он самым надёжнейшим образом спрятан в её кошеле на поясе, скрепленным настолько крепко, что даже самый сильный шторм ему не помеха, и она не потеряет камень даже в такой ситуации. Но как там говорят - пока не попробуешь, не узнаешь?

- Ты ведь можешь светить настолько ярко, словно это сияние молнии, не иначе? Так свети же, так ярко, насколько ты только можешь, свети, и прорезай эту толщу вод для нас, свети и выведи меня и его из этого мрака, - так думала Ласар про свой камень, крепко держа мальчика, и ни на секунду не отпуская его. Она справится. Обязательно справится - просто даже для того, чтобы она впоследствии могла собой гордиться. Чтобы ей гордились родители. И старший брат. Она просто не имеет права подвести их всех.
А её мальчики? Её обожаемые племянники? Ведь когда у них будет ещё один пример для подражания, помимо их родного отца, разве это не здорово? Разве не это гарант того, что они вырастут достойными, сильными и справедливыми людьми?
Только бы до берега дотянуть.

+3

5

Вереск шумел над ними,
В море катились валы.

Из-за спины донеслись запоздалые "Эй!" и "Милорд!", а затем окружающий мир булькнул и затих, побоявшись соваться в пучину вместе с колдуном. Где-то над пляшущей толщей воды продолжало тешиться северное майское ненастье, метались вдоль пристани перепуганные кони и не менее перепуганные люди. Первые боялись шторма, последних же тяготила мысль об утоплении королевского родственника. За такое дроттинн руку не встряхнёт.

До самого горизонта, покуда хватало взгляда, небеса застила туманная хмарь. Волны одна за другой взлетали над причалами и бортами кораблей, взбивая самих себя в густую кипень. Не будь суда в бергенской гавани зачарованы и благословлены местными колдунами, их поразбивало бы о берег, как давешнюю лодчонку.

Занявшийся дождец усилился, воздух сделался солёным от брызг. Промозглый ветер принёс с южного берега низкие косматые тучи. Вокруг потемнело, заугрюмилось. Хмурое отчаянное небо с тяжестью кузнечного молота, занесённого над наковальней, ухнуло к земле стеной весеннего ливня и вдребезги разбило зеленоватое зеркало залива.

Очередная волна рассерженной кошкой выгнула вспененную спину. Бренн мощным гребком бросил себя в сторону, уворачиваясь от пронёсшегося мимо куска соснового гробыля, должно быть, прибитого сюда с приморских лесозаготовок. Будто пущенный из гигантского лука, обломок здоровенной доски нырнул в темноту и потерялся из виду, заставив ярла припомнить имена всех известных ему богов Фир Болга менее чем за секунду.

Над головой что-то ярко вспыхнуло, привлекая внимание. Молния? Не важно. У поверхности отчаянно билось нечто тёмное и на сей раз не очередное полено — человек! Пенный вихрь сцапал его, закрутил, превращая толщу воды в серую дымину. Казалось, кто-то опрокинул в залив гигантскую кружку молока, разбавив зеленоватую бездну, но даже сквозь непроглядное марево продолжал светить загадочный маяк, к которому и бросился Бренн, ориентируясь на магическое сияние.

Есть! Или нет? Пойманную было руку пришлось отпустить, чтобы со следующим ударом волны не вырвать её вместе с ключицей. Воздуха стало не хватать. Северянин чувствовал, как невидимая сила оттаскивает его прочь. Колдун дождался удара очередного тяжёлого гребня и вынырнул, надеясь, что мальчонку не придётся собирать по кускам.

Не пришлось. Спасаемое тело было не только живо и цело, но ещё и умудрилось лягнуть герцога в грудь. Бренн тряхнул мокрыми волосами и заметил незнакомую девушку, пытающуюся урезонить перепуганного, мокрого, как тюленёнок, мальца. Его подруга была ничуть не суше. Она кричала, но попусту. Недотопленников качнуло. Мимо пьяными скачками по волнам пронеслась деревянная кадка, едва не снеся девчонке голову. А ещё их уносило в море, стремительно и неумолимо.

Великий Один, где твоя милость? — обречённо выдохнул колдун, собрался и... с немыслимой для своего возраста прытью бросился за утопающими. Белокурая головка девушки маячила где-то впереди, из-под воды разливалось ослепительное магическое сияние, не дающее потерять парочку из виду. Стремительно и безмолвно настигал её Ткущий Грозы.

Не дай ему себя схватить! — выкрикнул Бренн тем самым голосом, каких-то пару лет назад заставлявшим замирать многотысячную армию Ловдунгов. — Закройте рты! Воду не глотать!

Мальчишка булькнул. Бренн без церемоний сцапал его за волосы, дёрнул из-под воды ослабевшее тело и обхватил левой рукой вокруг шеи, держа лицо приподнятым над водой. Незнакомка держалась бодрее. Их швыряло из стороны в сторону, лиц было не разглядеть. Ничего было не разглядеть.

К берегу! Не туда, там скалы! К северу отсюда пологая отмель!

Как и положено хозяину, Бренн знал эти места вдоль и поперёк, что пришлось весьма кстати, учитывая, что скалистые берега гавани в такой-то шторм подходили разве что для эффектного самоубийства.

Отредактировано Brenn Lofðungr (2018-12-11 01:11:28)

+1


Вы здесь » Fire and Blood » Флешбэки » Плыви со мной, если хочешь жить